Почему у микрофона дикция подводит даже опытных актёров
У микрофона очень коварная способность: он увеличивает все дефекты, которые есть в речи.
В театре, например, речь — один из инструментов. Зритель видит глаза, руки, движение головы, взаимодействие с партнёром. Всё вместе создаёт образ целиком, и речь не несёт ключевой нагрузки — поэтому какие-то непроговоры в речи, проглатывания окончаний слов мы актёру прощаем или даже не замечаем.
У микрофона из всего актёрского инструментария остаётся только голос. Тут-то и выясняется, что чего-то в дикции не хватает. Это регулярно обнаруживают даже профессиональные артисты, которые много и активно работают в театре и в кино: у микрофона вдруг вылезает то, чего на сцене никто не слышал.
Четыре дефекта, которые слышно в записи
Что происходит | Как это звучит |
|---|---|
Съедаются дифтонги или трифтонги | «Обещаю я тебе» — три гласные подряд смазываются в одну |
Не проговаривается «в» | «се», «сё», «сегда» вместо «все», «всё», «всегда» |
Вялый речевой аппарат | Губы работают лениво, звук теряет опору и в результате, часть энергии |
Не получается переход «и» → «ю» | Рот растянут в улыбке и должен резко свернуться в трубочку |
Оговорка, без которой список читается неверно: цель не в том, чтобы говорить как робот, проговаривая каждую букву. Когда такие вещи игнорируются, у зрителя складывается ощущение, что артист энергетически не вкладывается в свои слова. Раздражает именно это, а не формальная неточность звука.
Почему скороговорок недостаточно
Постановка дикции — не моя территория. Я режиссёр дубляжа, а не педагог по технике речи, и списка упражнений на каждый звук от меня не будет — он был бы некомпетентным.
Но факт остается фактом: артикуляционная гимнастика нужна всегда и всем. Особенно там, где встречаются дифтонги и трифтонги. Это этика, да и просто профессиональная гигиена. Однако часто проблема, с которой сталкивается актер у микрофона не в сложности с произнесением звуков и звукосочетаний. Она в том, что актер не умеет быстро осваивать незнакомый текст вслух.
Упражнение, которое действительно меняет качество работы у микрофона
На курсах я регулярно вижу, что люди не умеют читать вслух. Кажется, если я читаю детям книжки на ночь вслух, то уж читать-то тут у микрофона тоже смогу. Ан нет.
Упражнение простое и непростое одновременно:
Возьмите большую сложную русскую литературу. Тургенева, Толстого, Гоголя, Лескова — авторов, которые, не жалея читателя XXI века, писали на богатейшем и на сегодня наисложнейшем русском языке, где каждое слово значимо и незаменимо.
Откройте книгу и читайте вслух с первого прочтения, без подготовки.
Запинки будут. Они и есть содержание упражнения, а не признак неудачи.
Что здесь тренируется на самом деле — ну уж конечно не артикуляция. Тренируется видение предложения вперёд: вы смотрите на слово, не проговаривая его про себя, а сразу произносите вслух. Похоже на технику скорочтения. И логику текста вы применяете не про себя, а именно вслух — сразу, набело.
Смысл в том, что у микрофона на освоение текста уходит меньше времени. А времени там действительно немного.
Почему это актуально именно для дубляжа
Текст своей роли актёр дубляжа впервые видит в студии, и на то, чтобы освоиться, у него есть считанные минуты — как устроена смена озвучания, разобрано отдельно.
Поэтому умение взять незнакомый текст и сразу прочесть его осмысленно вслух — не общеразвивающий навык, а рабочий инструмент. Дикция при этом подтягивается следом: когда вы перестаёте спотыкаться о текст, у речевого аппарата появляется ресурс на точность. Это, кстати, не отменяет артикуляционной гимнастики.
Разобрать это на своём материале, у микрофона и с обратной связью, можно на интенсиве — семь часов на самых трудных участках ремесла. Термины из статьи разобраны в глоссарии дубляжа: дикция, укладка, существование у микрофона.
Частые вопросы
Помогают ли скороговорки в дубляже?
Лишь отчасти. Скороговорка тренирует произнесение слово- и буквосочитаний. Заставляет речевой аппарат: язык губы, челюсти сокращаться и перестраиваться быстро в самые сложные положения, какие только могут встретиться в русском языке в устной речи. Но скороговорки не тренируют логику текста, скорость и освоение незнакомого текста и пр.
Что читать, если Тургенев и Толстой тяжело идут?
Тяжело — это и есть условие упражнения. Смысл в сложных синтаксисе, орфоэпии: там, где предложение длинное и каждое слово незаменимо, видение текста вперёд тренируется.
У меня хорошая речь, нужно ли мне это?
Хорошая сценическая речь и речь у микрофона — не одно и то же. Это регулярно обнаруживают актёры с большим театральным опытом, когда впервые подходят к микрофону.